Мой шеф приходит в комнатушку какой-то волшебницы. Комната без окон, выкрашена розовой масляной краской. Вдоль стены стоят стеклянные полки зигзагом. Как если бы взяли ребристую солнечную батарею, увеличили и сделали ее стеклянной. На этих стеклянных полках лежит живая рыба. Стук в дверь. Рыба сама срывается с полок и летит в открытый холодильник, заполняет его и притворяется дохлой.
Мой шеф и его свита заходят в комнату и начинают допрос с пристрастием волшебницы. Он намекает на то, что в комнате кто-то был. Тут волшебницей становлюсь я и вижу картинку уже ее глазами. Я говорю – “Давайте-ка посмотрим, кто тут был”, – открываю холодильник. Там убедительно сгрудилась прикинувшаяся дохлой рыба.
Подозревать меня больше не в чем. Мне необходимо выйти из тела волшебницы, потому что я пришла с Шефом как Наташа и уйти должна как Наташа. Я предлагаю чай или кофе и, не дожидаясь ответа, вылетаю в кухню. Ничего не происходит, я возвращаюсь в розовую комнату и говорю “Я встретила Наташу, она приготовит”. Это вранье.
В следующий момент появляется волшебник. Он среднего роста, темноволосый, чернобровый, очень сексуальный (мой размерчик!). На левой щеке волшебника около виска, чуть ниже глаза черное родимое пятно размером с грецкий орех. Нам необходимо от него убежать, потому что он собирается сделать с нами со всеми что-то ужасное. Что именно, я так и не поняла, но что-то типа превращения всех в воду. Все ринулись по лестнице вниз, пока сексуальный волшебник вяло наблюдал за нашей суетой. Когда мне снится, как я бегу вниз по лестнице, как правило, я держусь за поручни, а ступеньки просто пролетаю. Так было и теперь. Я летела над головами других, руками перебирая поручень, чтобы совершать процесс движения.
Внизу лестницы оказалось, что волшебник нас поимел, так как дверь на улицу была закрыта. Началась еще большая суета и толкотня. Пришлось выскочить в коридор и искать выхода из здания. Это оказалась школа. Мы ворвались в какой-то кабинет, разбили окно, выскочили на крышу подъезда и спрыгнули вниз. Мы надеялись, что волшебник нас не догонит… Наивные.
Все ринулись прочь от школы. Мой дом стоит как раз рядом, но я не была уверена, что дома будет безопасно, ведь волшебники порой проходят сквозь стены… С невероятным усилием мне удалось пробежать по дорожке, ведущей от школы к моему дому. Во cне бег как правило крайне труден… Вместе со мной бежала девочка. Она решила, что спрячется вместе со мной. На щеке у нее была милая маленькая родинка… Когда мы добежали до двери моего подъезда, меня охватили сомнения. Я посмотрела в девочкины голубые глаза и задумчиво промолвила “На щеке – родинка”. “Наследие моих предков” – также задумчиво ответила она. В испуге я не стала заходить в подъезд. Девочка еще несколько секунд задержалась, выглядывая из подъезда и ожидая, когда я войду в него, потом скрылась за железной дверью.
Я попятилась в безумном страхе, не будучи уверенной, что это девочка, также, как и то, что это волшебник, – и упала на спину. Вдруг зазвенел сигналом открытия двери домофон, и голубоглазая вышла из подъезда. У нее в руках было странное мощное оружие, какое бывает в компьютерных играх, а на лице играла зверская ухмылка. Не было сомнений – она была тем самым волшебником!!!
Парализованная животным ужасом, я поползла спиной прочь, потом вскочила, юркнула в арку, чтобы спрятаться, и услышала мелодичный напев: волшебник оказался меломаном и, медленно прогуливаясь со смертоносным оружием в руках, напевал песенку. Я выскочила по другую сторону дома и упала в какие-то странные желтые колосья, опять почему-то навзничь и поползла спиной вглубь. Было страшно. Казалось, он меня не видел.
И вдруг я вспомнила, что умею летать. Из последних сил я взмахнула руками и поднялась. Я уже не видела, куда я лечу, я хотела улететь далеко и высоко, но подниматься было трудно. Я сделала еще один рывок, пока волшебник напевал внизу, и уперлась лбом в ободранный потолок ванной комнаты. Я поняла, что сопротивление бесполезно, но, к счастью, этот сюжет кончился.
Снова школа. Я в опостылевшей старой форме: коричневое платье, черный фартук. На шее – красный пионерский галстук. Мне нельзя отличаться от других, хоть мне и 30 лет. Они-то об этом не знают. Я вполне похожу на школьницу. Мне надо обязательно поступить в эту школу. Мне надо получить среднее образование. Необходимо… (Это к тому, что пора восстанавливаться в университете). Я бегаю по школе в поисках директора. И не нахожу его.
Вдруг я – на улице. Солнце. Я иду от своего микрорайона к универсаму – маленький сквер в солнечных лучах. И друг на его месте кусочек Кубани – именно Кубани. Высокие узкие деревья, тянущиеся ветвями к небу. Но желтого цвета. Они заколыхались как желтые флаги или колосья пшеницы, и солнце заиграло в их движении. Я на мгновение почувствовала удивительное счастье и захотела сфотографировать это. Еще несколько обрывков из старого сна – о том, как на каком-то поле росли золотые украшения, но их ни в коем случае нельзя было собирать… и я проснулась.