Для начала подвоздействием фильма “28 недель” мне стало сниться, как все вокруг померли. Точнее, не все, но большинство. Мы с мамой бродили по окрестностям, людей нет. Главное, можно было заходить в любой дом и пользоваться, например, продуктами. У нас дома был довольно большой запас еды, но электричества не было, так что мы должны были сделать какой-то запас, чтобы хранить его без холодильника. Телефон, правда, почему-то работал. Я помню, что в квартире моей подруги Иры продукты были очень аккуратно рассортированы, это учитывая то, что ни Ира, ни ее мама особой аккуратностью не отличались. Мы нашли три пластиковых контейнера с разными видами яблок в нем, и стали закутывать каждое яблоко в бумажку, чтобы они дольше хранились. Вообще было очень интересно ходить по мертвому городу. Было очень солнечно, и совершенно никого живого вокруг.
Потом мне снилась вода. Синяя, чуть зеленоватая, удивительно чистая. Я каталась по ее поверхности как на коньках.
Потом была какая-то встреча выпускников нашего класса. Мы с Наташкой Лебедевой, самой красивой девочкой в нашем классе, почему-то лежали обнаженные под одним одеялом. А потом я пыталась найти сандалии, в которых пришла и те, которые вдобавок еще принесла с собой.
Потом я откапывала из какой-то ямы ящики с вином и пивом, приэтом я была мужчиной, и мне казалось, что я в каком-то старом фильме, примерно, из пятидесятых… Однако вокруг были рекламные щиты МТС и Билайна. Я еще подумала, вот чудесно, оказывается мобильная связь существовала еще в пятидесятых!
А потом был сон во сне. Я спала и мне казалось, что я уже видела этот сон. Мне даже в самом сне показалось, что я даже уже записывала этот сон. Надо будет поискать, а вдруг и правда… Мне приснилась пожилая женщина, которая зашла к себе в квартиру, и я уже знала, что далее она попадет в комнату, которая является машиной времени. Она оставляла за собой открытые двери, как будто знала, что я войду. Я снова была мужчиной, и пошла за ней, я так хотела попасть в другое время. И вот она открыла дверь и нырнула в прошлое. И я нырнула (нырнул) за ней. Она сразу стала молодой, а я стал мальчиком, ведь в том времени, в прошлом, мы были другими. Но потом сон прервался, как всегда на самом интересном месте, и больше уже не возвращался.