Последний месяц я работала с терапевтом. Еще ни разу в жизни я не имела возможности планомерно, хотя бы в течение месяца регулярно общаться с психологом. Все мои подобные встречи были спонтанными и незапланированными, по большей части. В этот раз нужно было отработать хотя бы четыре раза.

Признаться, в эту работу я шла совершенной развалюхой. Такой трудный у меня был август из-за неудач в поиске работы. И, конечно, психолог, с которой я работала, скорее всего, увидела гораздо более печальну ситуацию, чем она на самом деле обычно есть. Я плакала и рассказывала про события своего детства, которые, как мне казалось, могли сказаться на том, какая я выросла.

Сложно передать все, с чем мы работали, постараюсь рассказать основное.

Изначально мой интерес именно к этому психологу возник на основе того, что я резонировала с ее статьями о ранней детской травме. Она подтвердила, что да, похоже, такая травма есть. И я тоже начала видеть, как это работает.

По натуре я очень логичный человек с аналитическим умом, и мне невероятно важно понимать механизмы работы психики – в нормальном состоянии и в состоянии травмированном. И очень нужно было понять, как это работает у меня.

С помощью психолога я смогла увидеть, что, вероятно, мама в мои первые два года была лишена поддержки (и, возможно, у нее самой тоже была детская травма слияния, – когда человек не до конца понимает себя как отдельную личность, и ему необходимо на максимальном уровне коннектиться с другим человеком для ощущения безопасности и для того, чтобы более менее нормально функционировать) и использовала взаимосвязь со мной как защиту от внешнего мира (может быть, отца).

Так или иначе, я поняла, что у меня есть тенденция желания слияния с близким человеком – кто бы это ни был, – но, чаще всего (поскольку у меня нет близких отношений), – родительскую роль выполняет непосредственный руководитель на работе. Не удивительно, что мне так сложно удержаться на работе: подсознательно я фактически зависима оттого, как воспринимает меня начальник и способен ли он “защитить” меня от внешнего мира и подтвердить мою значимость как личности, – тенденции ребенка, не способного ни защитить себя самого, ни понимать свою собственную значимость, ребенка очень маленького.

Я стала видеть, как эта подсознательная, базовая позиция, психическое состояние влияет на все аспекты моей жизни…

И да, я согласна с психологом, с которым я работала, – для многих требуется много времени, чтобы пройти через это, пережить и “вырасти” при помощи терапевта из ребенка во взрослого.

Но вот что я заметила. Все-таки, я очень осознанный человек. Я очень быстро увидела, как эта травма работает и влияет на мою жизнь и что делает с моей психикой. Я словно со стороны наблюдала и аналазиировала, с позиции мудрого осознанного, который естсь в любом из нас. Наверное, это та частичка Бога, которая в нас всех живет, все знает, понимает и знает, как надо.

Я не говорю, что я совершенно “вылечилась” и мне больше не нужна терапия. Но и этих четырех сессий с поддержкой психолога и своей собственной внутренней поддержкой самой себя и работой по осозннаности, я думаю, что я шагнула далеко вперед. Я уже вижу и знаю, как это работает и даже уже это знание помогает мне буквально изымать себя из ситуаций, в которых в другое время я бы зависала и залипала.

Я обнаружила, что хочу снова о себе заботиться, ухаживать за собой, двигаться дальше, делать то, что люблю, – включая то, что я раньше делать не решалась или даже боялась. Сейчас я чувствую в себе силы спокойно двигаться дальше и, например, просить инвестиции для проекта, над которым работаю. Я серьезно планирую несколько вещей в моей личной жизни и работаю над бизнесом, обдумываю две книги и продолжаю работать над Кимонолоджи.

У меня новые идеи, новый прилив энергии и сильное желание поправить здоровье.

И есть желание продолжать терапию.

Я думаю, что осознанность (добрая критическая оценка со стороны с пониманием и любовью) помогла мне пройти через сложный период и работу с психологом (очень трудную и болезненную) быстрее и эффективнее, чем если бы я не была “осознана”.

Все сильнее мое желание упростить свою жизнь, все сильнее желание быть и жить там, где я хочу. Более организованы мысли о том, как это делать – на грани превращения в намерения. И более сформировавшиеся намерения о плане на ближайшие годы.

Спасибо, осознанность.